"НА БОЙКОМ МЕСТЕ"

Интервью с Евгением Вензелем

Такой волшебной атмосферы на Невском, как в начале - во второй половине 60-х годов, не было. Люди туда, действительно, особенно летом, ходили гулять бесцельно. И, как всякая толпа, они хотели зрелищ. Я помню, как я, раздевшись, по пояс шел, наверное, в 65-м, в белую ночь по Невскому и, во-первых, не было ни одного милиционера, а публика реагировала примерно: "Смотри, парень при луне загорает". И ничего, было очень мило. Я, почувствовав эту атмосферу, вел себя более чем разнузданно: веселился, хохотал, то есть я специально привлекал внимание людей, и они не обижались, они благодарно воспринимали меня как принадлежность Невского. Потом специальные люди ходили, какие-то полусумасшедшие. Какие-то странные дамы в шляпках, и я их уже узнавал. Они всегда были молчаливы.

Вернувшись из армии в 1969 году, навестив Малую Садовую, на которой я провел столько счастливых дней и ночей в окрестных парадных, я обнаружил, что она, Малая Садовая, увяла, дух ее куда-то делся, испортился, искривился. Не было уже того веселья. И вот, однажды, встретился я с Виктором Топоровым, который сказал мне:

- Старик, знаешь, открылось новое заведение.

- А где?

- А вот там, на Владимирском. Большой кафетерий, можно кофе попить.

- А зачем мне туда ходить, если я прекрасно могу и на Малой Садовой кофе пить.

- А ты зайди, там бывает любопытно.

Очевидно прошло какое-то время. Я зашел, посмотрел и, кстати, тогда там еще стояли столики и стулики. Но, поскольку никаких своих знакомых я там не застал, я ушел оттуда. Я не могу уловить момент, когда "Сайгон" стал играть какую-то роль. Наверное, это связано с увяданием Малой Садовой, где уже трудно было собрать с кем-нибудь на бутылку-другую.

Хочется начать: что такое "Сайгон"? Это топографическая точка на карте города. Более удачного места найти было невозможно. Когда "Сайгон" вошел в силу в начале 70-х годов, он не путем завоевания, а путем естественного расширения ареала, приобрел мороженицу на Владимирском, которую называли "Придаток". Жигули - это другая стихия. Еще было заведение "Гастрит", кафе-автомат на углу Рубинштейна, которое я принимал, но не до конца. Голодные сайгончане могли за 40 копеек там поесть. Можно было поесть и в самом "Сайгоне", но там все было дороже, и тратились деньги, предназначенные для выпивки.

"Сайгон" был разным в разное время суток. Отчетливое утро - либо случайные посетители, либо такие люди, как я - с дикого похмелья, но никогда не похмеляющиеся, заходили просто кофе выпить. Это был один "Сайгон", он еще был прибран, тихое место, можно было встретить знакомого.

"Сайгон" после 12. С середины 70-х годов он заполнялся книжными спекулянтами, которые скромно завтракали, по моим подсчетам, на треху, съедая два бутерброда с красной икрой, еще с чем-нибудь, пирожное добавляли, запивали чашкой кофе или даже брали еще стакан сока. Они делали перерыв между 12 и часом, а потом снова уходили стоять около "Старой книги".

Потом воленс-ноленс "Сайгон" наполнялся мимоидущей публикой, которая там, натурально, пила кофе, часов до четырех. Потом был санитарный перерыв. Самый бедлам начинался после пяти, когда на фоне обыденной и случайной публики появлялись так называемые завсегдатаи. Фактически там было две толпы - пришлых и местных. Причем местные считали, что, употребляя здесь кофе каждый день, они имеют право получить его без очереди, и хотели это право использовать, чем, естественно, вызывали возмущение у публики. возникали небольшие перебранки, которые кончались ничем. Это время продолжалось примерно до половины седьмого. Это что касается просто круговращения.

Какую ситуацию организовывал я, и зачем я туда ходил? Я туда ходил с несколькими целями. Первая: поскольку у меня данный мне матерью рубль был всегда, а сдав молочные бутылки, я мог прибавить полтинник, а то и копеек 75, то у меня было всегда по крайней мере рубля полтора. Мне нужен был компаньон, которого в последствии можно было превратить в собутыльника. То есть я приходил туда для того, чтобы напиться. Не стоять, а напиться. То есть у меня была какая-то цель.

Я считал себя потребителем "Сайгона", но никак не деталью его убранства, каковым являлся основной наполнитель, из каких-то девиц, художников, лиц без определенных занятий и так далее. Фактически все там было страшно люмпенизировано массой людей, любивших просто проводить там время. Это не плоды каких-то размышлений и тогда я думал не иначе. Или, начав в Сайгоне, закончить вечер все той же пьянкой, чтобы убить этот несчастный вечер. Или, встретив там, предварительно назначив свидание, какую-нибудь девицу, все равно напиться с ней, начав в Сайгоне, а потом найдя место для любовных утех. Я использовал его как некую площадку для дальнейшего развития и убития вечера.