"МАЛАЯ САДОВАЯ"

За магазином Елисеевским -
Не Елисейские поля.
На этой улице короткой
Я встретил кроткую судьбу.
Она влила портвейн мне в глотку
И предложила: спи в гробу...

В 60 - начале 70-х на самой короткой улице Питера находилось небольшое кафе, не кафе даже, а просто отдел кулинарии, превратившийся в некое подобие парижской "Ротонды". Стойка у витрины, типа "полочка", да несколько столиков, за которыми можно было стоя выпить кофе - вот и все кафе. Эта камерность стала одной из отличительных черт, выделявших его среди прочих "сайгонов". Второй симпатичной особенностью был великолепный четверной кофе, к сожалению запрещенный в 70-х как наркотическое средство. И, наконец, замечательно было кафе своими посетителями. На Малой Садовой появлялись самые разные люди (там можно было встретить и поэтов Уфлянда и Кривулина, и еще неизвестного тогда Невзорова, и будущего угонщика самолета Кузнецова), но основную "толпу" составляли 20-ти-с-чем-то-летние литераторы. Они искали там убежища от казавшейся им беспросветной действительности. В этой компании никто не боялся говорить то, что думал, что было возможно далеко не везде в то время.

Люди встречались, пили кофе, болтали о том - о сем, обменивались какими-то книгами, кто-то выпивал, кто-то читал свои стихи, кто-то курил травку... Впрочем, собирались там не только для разговоров, в кафе стекалась информация со всего города: всегда можно было узнать об открывшихся выставках, о "выброшенных" в Дом Книги новых изданиях, о новых фильмах, и т. д. Компания Малой Садовой была необыкновенно мобильна. Отсутствие сидячих мест в кафе приводило к постоянной миграции: начавшиеся за чашкой кофе разговоры зачастую продолжались до поздней ночи у кого-нибудь на квартире или на скамейке в "собачьем садике" (сквер около Лома Радио) за бутылкой портвейна. Своего рода "курилками" кафе стали вход в Театр Комедии в зимнее и ближайшая подворотня во все остальные времена года. Кончилось все это само собой. К 75-76 годам компания потихоньку распалась: кто женился, кто уехал, кто угодил в психиатрическую лечебницу, некоторые превратились в добропорядочных граждан и оставили "юношеские задвиги". Кафе стало обыкновенной забегаловкой, а сейчас и вовсе прекратило свое существование.