СПИ СПОКОЙНО, РОДНАЯ СТРАНА

Татьяна Пышкина

ПРЕАМБУЛА

К концу двадцатого столетия в уголовно-исправительной системе России сложилась кризисная ситуация. Преимущественное применение наказания в виде лишения свободы, затянутые сроки предварительного следствия и суда привели к непосильному для бюджета росту численности тюремного населения. Так, по официальным данным с 1993 по 1998 год общее количество заключенных возросло с 772 тысяч человек до 1миллиона 10 тысяч. На обеспечение учреждений ГУИН в год шло около 2% ВВП, но выделяемых средств было недостаточно. В исправительных учреждениях постоянно не хватало еды, лекарственных препаратов, одежды. Уровень заболеваемости туберкулезом среди заключенных в 58 раз превышал уровень заболеваемости среди населения. В 1998 году смертность в местах лишения свободы была в 28 раз выше, чем на свободе. В 1990-е специалисты обращали особое внимание на то, что в наихудших условиях содержались еще невиновные по закону люди, заключенные СИЗО и ИВС. СИЗО были переполнены в 3 - 5 раз.

Рост численности тюремного населения, недостаток государственного финансирования отражались и на положении персонала ГУИН. Так, постоянное увеличение количества заключенных привело в 1994 году к перегруженности сотрудников УИС в среднем в 2-3 раза. (Например, воспитательную работу с заключенными ведут начальники отрядов. При утвержденной норме в 60-70 осужденных на одного начальника отряда и так мало что удается успеть. В реальности же на одного начальника отряда приходилось более 100 заключенных). В 1996 году задолженность государства учреждениям ГУИН МВД на содержание личного состава составляла 447,9 млрд. рублей. В 1995 году в 30 регионах России сотрудники пенитенциарных учреждений из-за задержки зарплат находились в предзабастовочном состоянии. Низкая зарплата, ее несвоевременные выплаты привели к значительному росту (в три раза за три года) самоубийств среди сотрудников пенитенциарных учреждений (60 случаев в 1996).

В 1998 году критическая ситуация, сложившаяся в уголовно-исполнительной системе, была наконец осознана на государственном уровне. Первым шагом на пути реформирования УИС была передача в сентябре 1998 года Главного управления исполнения наказания (ГУИН) из МВД Минюсту России. В дальнейшем ГУИН совместно с неправительственной организацией Центр содействия реформе уголовного правосудия была разработана и утверждена Федеральная целевая программа "Реформирование уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции РФ". В этой программе предусматривалось существенное изменение пенитенциарной политики и практики в сторону улучшения условий отбывания наказаний, переход от карательной и исправительной доктрины к доктрине нормализации.¹ Важными задачами являлись снижение численности тюремного населения и расширение социальной работы с заключенными.

К 2003 году были достигнуты определенные положительные результаты, так, по сравнению с серединой 2001 года тюремное население уменьшилось на 200 тысяч человек. Вдвое меньше стало заключенных в воспитательных колониях (ВК) и в следственных изоляторах (СИЗО).

Однако для проведения дальнейших изменений уголовно-исполнительной системе необходимы работники совершенно иного плана, чем прежние профессионалы в области жесткого управления "спецконтингентом". Ведь, по идее, они должны стать "проводниками" реформ, социальными работниками и овладеть технологиями сотрудничества с заключенными.

Однако, как показывают результаты исследований, проведенных Центром содействия реформе уголовного правосудия, сотрудники пенитенциарных учреждений не готовы к этой новой роли, более того, не верят в то, что они делают нужное и полезное дело, за которое человек может уважать себя сам и требовать уважения со стороны окружающих. Отчасти это вызвано жесткой и не всегда оправданной критикой со стороны СМИ, которые чаще всего делают акцент на правонарушениях сотрудников УИС, на их неоправданной агрессивности, игнорируя их социальные проблемы.

Проект "Тюремная реформа и персонал уголовно-исполнительной системы", осуществляемый c 2001 г. по настоящее время Центром содействия реформе уголовного правосудия, направлен на включение персонала пенитенциарных учреждений и НПО в процесс реформы уголовного правосудия и исполнения наказания. В рамках проекта в феврале - марте 2002 года специалистами Санкт-Петербургской общественной организации социальных проектов "Стеллит" было проведено исследование персонала (199 человек) шести исправительных учреждений Орловской и Брянской областей.

СОЦИАЛЬНЫЙ ПОРТРЕТ СОТРУДНИКА УИС

В 2002 году персонал УИС преимущественно состоял из мужчин 30 - 39 лет, получивших высшее или среднее специальное образование. Перед тем, как перейти на службу в УИС, предыдущая специальность большинства сотрудников была гражданской.

Местом рождения сотрудников, в основном, является областной центр или сельская местность. Около половины всего персонала воспитывалось в нуклеарной семье (с отцом и матерью). В неполных семьях росло только 9,6% сотрудников.

Как показал опрос, профессиональная принадлежность работников УИС не связана с семейной преемственностью. В основном, родители опрошенных были квалифицированными рабочими и служащими. Работники УИС составляют среди них незначительную долю (менее пяти процентов). Состоит в браке и проживает с постоянными супругами три четверти персонала пенитенциарной системы. Большинство сотрудников имеют детей (одного или двух).

Как правило, семейные сотрудники проживают в отдельной двухкомнатной квартире или в отдельной трех- (и более) комнатной квартире. При этом больше половины сотрудников полностью или частично не удовлетворены условиями своего проживания.

В ходе проведенного исследования выяснилось, что большинство сотрудников пенитенциарной системы считают свою работу нужной, не опасной и не престижной.

К основным достоинствам работы в УИС персонал, в большинстве случаев, относит льготы и возможность уйти пораньше на пенсию. Возможность карьерного роста, престижность работы и зарплата по результатам опроса оказались на последних местах.

Как наиболее отрицательные стороны работы указывались маленькая заработная плата и риск заражения опасными для здоровья болезнями.

Чтобы их дети тоже работали в пенитенциарных учреждениях, хотят девять процентов респондентов. В качестве доводов приводились: продолжение семейных традиций, наличие льгот на коммунальные услуги, бесплатный проезд, год за полтора, стабильный постоянный заработок, благоприятное влияние работы в УИС на чувство ответственности, отношение к закону, дисциплинированность.

Треть опрошенных сотрудников пенитенциарных учреждений не хотят, чтобы их дети работали в УИС (из-за низкой зарплаты, необеспеченности жильем, непрестижности профессии, социальной незащищенности, большой психологической нагрузки, неудобного графика работы).

Несмотря на то, что большинство сотрудников рассказывают своим родственникам о проблемах, с которыми им приходиться сталкиваться на работе, респонденты отмечают небольшой интерес к их работе со стороны близких. Гораздо чаще те высказывают недовольство этим местом работы.

Более половины опрошенных сотрудников пенитенциарной системы отметили, что работа в УИС, в основном, негативно сказывается на их личной жизни.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

С научной точки зрения, результаты этого достаточно частного исследования нельзя распространить на всю территорию России. Тем более, что ситуация по "провинциальным" городам существенно отличается от ситуации, складывающейся в учреждениях УИС крупных "столичных" городов. Да и региональная специфика распространяется на все институты социального контроля, в том числе и тюрьму.

Тем не менее, можно утверждать, что в большинстве своем сотрудники УИС оценивают свою работу как низкооплачиваемую, не престижную, опасную с точки зрения возможности заражения различными заболеваниями. В таких условиях реформирование УИС будет проходить со значительными трудностями. И если государство и общественность действительно заинтересованы в этой реформе, то необходимо обеспечить ее "горизонтальное обеспечение", т. е. улучшение финансирования УИС и повышение престижности работы в пенитенциарной системе. Решение этой задачи невозможно без привлечения госструктур, СМИ и общественных организаций. А закончить свою статью я хочу стихотворением, которое кто-то из сотрудников режимного отдела Брянского СИЗО приклеил к заполненной анкете:

ГИМН Режимного отдела

Я согласен - и впредь не платите,
Пусть шатает меня на ходу,
Не давайте жилья, не кормите,
Все равно я на службу приду.

Денег нет, я не знаю причины,
Почему не дают, лишь берут.
Труд создал из меня гражданина,
Для которого важен сам труд.

День получки - нет траурней даты,
Просто нет ее в этом году.
Не платите паек и зарплату,
Все равно я на службу приду.

Пусть детишки разуты, раздеты,
Пусть опять недовольна жена,
Я готов наплевать и на это,
Спи спокойно, родная страна.

Пчела #42 (май-июль 2003)