ЧТО СТОИТ ЗА ТОЛЕРАНТНОСТЬЮ И ЧТО ГОВОРИТ ЗА НЕЕ

Наталия Божко

"Толерантность" переводится с латинского как терпимость или терпеливость. Однако у житейских терпеливости и терпимости с толерантностью в социальном понимании общее лишь одно - необходимость приложения определенных усилий для проявления того и другого. Направленность же усилий и механизмы их обеспечения у терпимости (тем более терпеливости) в традиционном смысле слова и у социальной толерантности в ее современном значении сильно отличаются.

Корни социальной толерантности лежат в идеях антропоцентризма: каждый человек - неповторимая индивидуальность, личность его самоценна; следовательно, относиться к каждому, независимо от его идей, высказываемых суждений и демонстрируемых форм поведения, можно и должно с уважением.

Человек с толерантным сознанием априори убежден, что любой в силу своей индивидуальности знает о людях и мире нечто свое, совершенно особое, неведомое другим. На это свое, особенное, неведомое никто не вправе смотреть свысока, нельзя оценивать слова и поступки, не разобравшись в их природе и мотивах. Таковы основное содержание и смыл социальной толерантности.

В силу социокультурных и индивидуальных особенностей, вследствие своеобразия условий жизни люди по-разному видят и слышат, у них разные ценности и системы верований, но общего все-таки больше. Нужно только сфокусировать внимание на определении сходства, на поиске того, что объединяет. И тут особую важность приобретает коммуникация, общение - такое, при котором каждый имеет право быть услышанным и понятым (с ударением на первом слоге). Человек толерантный готов, с одной стороны, предоставить партнеру такую возможность, а с другой - способен отстаивать собственные взгляды и идеи. Толерантность несовместима с догматизмом; она подразумевает стремление к диалогу и сотрудничеству, а не к конфронтации.

Но не стоит забывать о том, что у толерантности, как и у всего на свете, есть свои границы. Право на существование, говорит антропоцентризм, имеют лишь те ценности, взгляды, суждения и модели поведения, которые не представляют угрозы правам человека (ибо главное - человек!). К тем, которые представляют, толерантность нетолерантна.

Другими словами, мало быть толерантным - нужно еще сделать правильный выбор, по отношению к кому и чему им быть. Тут, разумеется, кроется противоречие - в рамках антропоцентрического миросозерцания неразрешимое. И слава Богу, добавим мы с облегчением.

****

Кажется, зачатки толерантности заложены в нас самой природой. Готовность принимать других людей такими, как они есть, мы видим у совсем еще маленьких детей. Она базируется на доверии и к себе и к людям. С другой стороны, если люди, окружающие ребенка, не готовы в должной степени ответить на это доверие, мы наблюдаем ответное проявление недовольства и различных форм агрессивного поведения. Особенно рано это происходит в не вполне благополучных семьях. Ребенок начинает считать, что полагаться на окружающих нельзя, и ищет способы самозащиты, адаптации, - отсюда страх и тревога, раздражение и гнев. Ребенку одиноко, он не чувствует себя любимым и ценным - и бросается в бой, в котором обречен на поражение. Он сам это понимает - но наказание воспринимается им как некий суррогат внимания, оказавшегося дефицитным.

Принятие и непринятие, доверие и недоверчивость живут в душе ребенка бок о бок. От того, что перевесит, зависит развитие глобального отношения к себе и другим, к миру в целом.

****

Совершенно очевидно, что между базисным, младенческим чувством принятия и осознанным уважением к людям лежит огромная дистанция. С возрастом происходит дифференциация границ толерантности, вызванная усвоением установок и стереотипов социокультурной среды и в широком, и в узком смысле. Приобретаемый жизненный опыт очень часто не содействует развитию открытости и доброжелательности. Какие формы поведения окажутся для человека приоритетными, зависит от индивидуальных особенностей личности и социокультурной ситуации в обществе.

Для каждой культуры характерны свои ценности, идеалы, нормы поведения, санкции за их нарушение. Суть социализации в их усвоении. Неприязнь к непохожим на "своих" характерна практически для всех культур. На этой почве произрастают негативные установки по отношению к иным: немцы - скупые, евреи - хитрые, татары не моются, а американские школы - плохие. На самом деле они не скупые, не хитрые, моются и не такие плохие: просто все наше - лучшее. Ломка таких предрассудков легче всего происходит в тех случаях, когда граница между "мы" и "они" стирается. Когда человек, например, общаясь с немцами, понимает неадекватность бездумно воспринятого стереотипа и осознанно пересматривает свое отношение - к немцам ли, к представителям другого пола и возраста, профессии и конфессии, социального статуса или уровня благосостояния. При контактах и взаимодействии недоброжелательность и недоверие теряют свою остроту. Если же такой возможности нет, если число групп, с представителями которых человек может себя идентифицировать, невелико, то формируется все большее число установок негативных: я не с ними, потому что там - идиоты, глупцы, ворюги и пр. Если я общаюсь только с закрытой дверью начальника или его секретаршей, то начальник, разумеется, дурак.

Чем большее число позитивных социальных ролей успешно осваивается человеком, тем лучше он начинает понимать других и дружелюбнее к ним относиться. Потому что появляется уверенность в себе, а уверенный в себе человек оптимистичней, дружелюбней, откровенней, чем неуверенный, вынужденный всеми силами ежеминутно доказывать свою значимость. Одним словом, сильный всегда более толерантен, чем слабый. Попасть на экзамене к профессору обычно приятней, чем к его аспиранту: первый намного терпимее.

****

Признаемся: мы все любим давать категорические оценки. Поучать знакомых - и особенно родных и близких. Как часто мы слышим фразы, начинающиеся со слова "нет" (а в конце фразы оказывается, что "отрицатель" совершенно согласен с вашей мыслью)! Как редко мы говорим людям об их достоинствах и успехах! В силу негласного убеждения считается, что говорить о хорошем - пустая трата времени. Это давнишняя традиция, причастности к которой не избежали и самые достойные личности. Пушкин, в одном из писем разругав "Думы" Рылеева, добавил в утешение: "Везде, где я ничего не сказал, должно подразумевать похвалу, знаки восклицания, прекрасно и проч. Полагая, что хорошее писано с умыслу, не счел я за нужное отмечать его".

Все это - не просто привычка, но элемент нашей культуры. Однако в ответ вырастает защитный панцирь, который довольно хрупок. Я знаю человека, переставшего ходить в парикмахерские после того, как мастер во время стрижки оценил состояние его волос. С тех пор многие годы его стрижет жена, - довольно неумело, несмотря на длинную практику. И качество волос, между прочим, от этого не улучшается.

Культура толерантности предполагает иной способ вербализации: не "я категорически против", но - "если вы не против". Сущие мелочи, но они способствуют возникновению чувства взаимной расположенности и, следовательно, большей открытости в проявлении чувств и высказывании мыслей. Каждый имеет право на свое мнение; каждый имеет право на ошибку; каждый может попасть в сложные обстоятельства; это понятно, в общем-то, всем - но попробуйте вести себя согласно подобным установкам. Если попробуете - приблизитесь к истинной социальной толерантности.

Возможно, именно подобным образом рассуждал князь Мышкин, ища оправдание неблаговидным поступкам окружающих. Будучи носителем идей принятия и всепрощения, он, вступая в диалог, приводил к согласию людей, потерявших надежду на взаимопонимание. Однако, таких идиотов единицы. Потому-то все так плохо и кончилось.

*****

В реальной жизни потенциал толерантности реализуется в отношениях по-разному: внутри "своей" группы - ярче, в "чужой" - слабее; при благоприятном положении дел выраженная толерантность растет, при неблагоприятном - падает. От амбивалентности и гетерохронности, этих важных характеристик социального сознания никуда не денешься. И тем не менее: будущее гражданского общества - за толерантностью. И наоборот: будущее толерантности - за гражданским обществом. Ее развитие происходит параллельно формированию адекватной социокультурной среды, обеспечивающей безопасность, уверенность в будущем, дающей шансы почувствовать себя ценным и нужным.

А тем временем образцы толерантного поведения необходимо культивировать, пропагандировать и поощрять: как говорят психологи, подкрепление стимулирует развитие. Если вы, конечно, не против.

Пчела #39 (июль-сентябрь 2002)