ТЮРКИ В ПЕТЕРБУРГЕ

Татьяна Матыцина

В многонациональном спектре Санкт-Петербурга не так уж мало представителей тюркских народностей. Целью этой статьи было дать общее представление о тюрках в Петербурге, а также набросать беглые портреты представителей двух общин, наиболее активных и многочисленных: татар и азербайджанцев.

Если исходить из того, что число общественных объединений косвенно свидетельствует об активности той или иной национальной диаспоры, то можно смело утверждать, что наиболее ярко земляческая общность в среде тюрков выражена у татар: их национально-культурные сети пронизывают город, словно щупальца сицилийской мафии. За ними с небольшим отставанием следуют азербайджанцы, и завершают эстафету народы Европейской части России и Средней Азии: каждый из них представлен в Петербурге, в лучшем случае, какой-нибудь одной общественной организацией. Примечательно, что, несмотря на то, что в Петербурге проживает достаточно много представителей Средней Азии, общественный сектор у них, к сожалению, не сложился. Заполнить пустующую нишу стараются петербургские ученые, изо всех сил инициирующие хоть какую-то деятельность.

Типичный портрет местного тюрка-общественника: «столичный интеллигент», закончивший в 50—70-е технический вуз средней руки и по распределению оставшийся в Петербурге. Он не имеет ничего общего с теми, кто поставляет наркотики, продает втридорога кишмиш и персики, разгружает картошку или свежует мясо на Кузнечном рынке. Он намеренно дистанцируется от таких «земляков»; но, тем не менее, работники милиции и у него требуют предъявить паспорт, а северные блондинки не всегда соглашаются покушать с ним мороженого в ближайшем кафе. Он живет в Петербурге, и, собираясь с земляками одного с ним круга, он просто хочет вспомнить давно покинутую родину, пообщаться на родном языке. Он далек от политических демаршей и амбиций так же, как и любой другой местный обыватель.

ТАТАРЫ

Теперь от общей картины перейдем к частностям. В первую очередь наше внимание обрушится на татар. Это одна из самых многочисленных тюркских народностей, проживающих в Петербурге; они составляют почти 1% местного населения (около 50 000) и по численности, не считая русских, уступают только украинцам, евреям и белорусам.

По данным социологических исследований, около 46% татар можно считать петербургскими старожилами; более 15% из них переехали в Петербург еще в XIX веке и, наряду с финнами, составляют старейшую группу нерусского населения города. Примечателен еще и тот факт, что в 2003 г. петербургские татары готовятся отметить, наряду с 300-летием основания Санкт-Петербурга, и 300-летие образования местной татарской общины.

Первые татары в Петербурге появились в начале XVIII века. Как и другие степные народы (например, калмыки или чуваши), по указу Петра I они были сосланы в Петербург на постройки. Обосновались они на Петроградской стороне (за кронверком Петропавловской крепости) и образовали там Татарскую слободу, состоящую из многочисленных времянок и юрт. Это место отличала необычайно высокая плотность населения и замкнутость, преодолеть которую было почти невозможно из-за чрезвычайной подозрительности и недоверчивости татар к пришлым и праздно любопытствующим. К середине века слободу разогнали, но память о ней некоторое время еще сохранялась, по крайней мере, в названиях улиц. В дальнейшем и улицы были переименованы, и ныне единственным напоминанием об этом служит Татарский переулок. Сейчас недалеко от этого места находится соборная мечеть.

Закрепиться в Петербурге татары смогли поначалу лишь в качестве ресторанной прислуги, старьевщиков, рабочих и купцов. В их руках почти всецело находилась торговля хлебом, солью и кожей. В качестве рабочих татары славились добросовестностью, выносливостью, исключительной трезвостью и аккуратностью. Известно, например, что вся прислуга, исполняющая черную работу в Зимнем дворце (около 100 человек), была набрана из татар. Но, в основном, татары занимались тем, что торговали в разнос, по большей части или мануфактурными и галантерейными (т. н. «красными») товарами, или старьем.

Татарское население Петербурга сложилось в основном из отходников — людей, которые, постепенно оседая в городе, информировали других «потенциальных мигрантов» о возможном устройстве в данном месте. Движение начиналось с какого-нибудь случайного выхода в город нескольких личностей, которые, найдя выгодное занятие и заработок, начинали понемногу привлекать к нему своих родичей и односельчан. При этом, естественно, односельчане и родственники селились поблизости от помогавших им на первых порах земляков, создавая целые «колонии». Так, например, торговцы-лоточники предпочитали Московскую часть города, прислуга — Адмиралтейскую. Московский район до сих пор характеризуется повышенной долей татарского населения, причем значительная его часть живет там уже более полувека.

Современный петербургский татарин — уже не тот безграмотный татарин-халатник конца прошлого века, продавец тряпья и удачливый меняла, когда-то описанный публицистом А. Бахтиаровым. По данным социологических исследований, около 40% петербургских татар — это местная интеллигенция с высшим и средним специальным образованием. Среди петербургских татар много врачей, военных, предпринимателей. Отличительной особенностью Петербурга является еще и то, что здесь живут три татарина-контр-адмирала и единственный в России татарин-вице-адмирал.

Сплочение и активизация татарской общественности началась с курсов арабского языка, которые открылись по инициативе Мухлисы Зариповой при ДК им. Карла Маркса в феврале 1987 г. Собственно, слушатели этих курсов и стали первыми членами Ленинградского татарского культурного центра (ЛТКЦ). При центре действовали: клуб почитателей татарской культуры им. Мусы Джалиля (при ДК им. К. Маркса), клуб любителей литературы и искусства «Йолдыз» («Звезда») (при ДК им. Кирова), ансамбль татарской песни и пляски (при ДК им. Газа), курсы арабского и татарского языков, молодежные дискотеки, а также служба знакомств «Туй» («Свадьба») (при кооперативе «Прогноз»). В 1992 г. ЛТКЦ был переименован в Санкт-Петербургское татарское общество «Нур» («Свет»); в этом качестве он активно действует и до сих пор, постепенно обрастая многочисленными районными и пригородными отделениями.

Естественно, старая роль злого кочевника татар более не устраивает. На страницах национальных газет свою новую роль они формулируют так: «хозяева безграничных евразийских пространств», «мы, татары, не можем не гордиться тем, что знамя победы водружено татарской рукой», «татары, где бы они ни проживали, оказывают позитивное влияние на развитие окружающей их жизни», «татары — вторая по численности нация в России». Татары очень почитают автора теории пассионарности Льва Гумилева (Арслан-бея), называя его «адвокатом истории тюркских народов России», «духовным лидером евразийских народов». Благодаря личной инициативе президента Республики Татарстан Минтимера Шаймиева, на средства республики в 1997 г. была установлена мемориальная доска на доме, где последние два года жил Лев Гумилев (Коломенская ул., д. 1/15).

Большим событием в жизни татаро-башкирского сообщества является Сабантуй, который обычно проходит в последнее воскресенье июня в Кузьмолово. Это грандиозный смотр художественной самодеятельности, спортивных состязаний, национальной кухни и т. д. С каждым годом он привлекает все больше и больше народа. Если в прошлом году в нем приняли участие 15 тыс. человек, то в этом — уже около 25 тысяч. Приезжают из Казани, Уфы, Набережных Челнов, Нижнекамска. В этом году по предложению муфтия Санкт-Петербургской соборной мечети и Северо-Запада России Джафара Пончаева во время сабантуя была запрещена продажа спиртных напитков. В качестве почетного гостя туда уже третий год подряд регулярно наведывается мэр Санкт-Петербурга Владимир Яковлев. Вслед за ним туда потянулись и вице-губернаторы, и главы ряда районов Санкт-Петербурга и Ленинградской области. И вообще в последнее время на административном уровне как-то часто подчеркивается значительная активизация взаимоотношений между Санкт-Петербургом и Республикой Татарстан.

АЗЕРБАЙДЖАНЦЫ

В отличие от социально и политически преуспевающих татар, азербайджанцам приходится несравненно труднее: в общественном сознании представитель этой национальности слишком часто ассоциируется с наркодельцом, террористом, коварным сластолюбцем, в крайнем случае — растлителем-извращенцем. По этой причине довольно часты столкновения с милицией и местным населением. Так, например, можно вспомнить акции студентов Академии культуры, протестующих против того, чтобы консульство Азербайджанской республики занимало их территорию, или городские байки про отрезанное скинхедами ухо азербайджанца.

Азербайджанских эмигрантов в Петербурге условно можно разделить на три группы: так называемые аксакалы; переселенцы и беженцы; экономические мигранты.

К аксакалам причисляют азербайджанцев, которые приехали в Ленинград в 50—60-е годы и с тех пор значительно преуспели. В настоящий момент они, как правило, занимают высокое положение в обществе, являются руководителями производств и промышленных объединений, местной интеллигенцией и относятся к классу так называемых VIP (заглавные буквы английских слов, означающих — «очень важная персона»).

Первая масштабная волна эмиграции из Азербайджана в российские города пришлась на конец 80-х. Распад СССР, военные и этнические конфликты на Кавказе, начавшиеся в 1987 г., привели к массовой миграции беженцев и переселенцев. Кто-то уехал в большой город поступать в российский вуз, а кто-то, спешно распродавая нажитый скарб, перебрался к дальним родственникам в область. Со временем экономическая разруха и безработица на родине вынудили азербайджанцев искать новые стратегии выживания в сопредельных странах, а издревле присущая склонность к торговле предопределила основную область их деятельности. И тогда, пользуясь экономической взаимопомощью и этнической солидарностью земляков, азербайджанские предприниматели (т. н. экономические мигранты) заполонили почти все более или менее крупные города России, «национализировав» почти весь российский «базарный» и «ларечный» бизнес.

ИСЛАМСКИЙ МИР

Неотъемлемой частью жизни местных тюрков является Санкт-Петербургская соборная мечеть. Петербургская мечеть — самый большой мусульманский храм России. Она была заложена в феврале 1910 г. и строилась на протяжении двух десятилетий. Инициаторами этого строительства выступили ахун Атаулла Баязитов и полковник Абдул-Азиз Довлетшин. Постройке во многом способствовало крупное пожертвование эмира Бухарского. В 1939 г. мусульманский приход был закрыт, а здание мечети перешло в собственность государства. В 1955 г. религиозное объединение мусульман возрождается, и в 1956 г. мечеть возвращается прихожанам. В 1977 г. там начался ремонт, который, кажется, должен завершиться к 2003 г. Каждый сочувствующий, как может, стремится посодействовать его окончанию. Так, например, в свое время по личной инициативе мэра А. Собчака был создан попечительский совет по реставрации мечети, а в 1993 г. правительство Турции выделило около $10 000. Для изготовления облицовывающей мечеть керамики в Петербурге было инициировано строительство специального производства. Летом 1998 г. казанская фирма «Неон-Арт М» по заказу руководства г. Казани в качестве подарка петербургским мусульманам обеспечила подсветку мечети.

В Санкт-Петербурге проживает более 100 000 мусульман, среди которых, например, есть группа русских девушек, принявших ислам. При мечети действует Духовное управление мусульманами Санкт-Петербурга и Ленинградской области. Число мусульман в городе настолько велико, что, при наблюдаемой в настоящее время свободе вероисповедания, можно вполне ожидать ранее не наблюдавшуюся в Петербурге дифференциацию мусульман по принадлежности к тому или иному толку, симпатии тому или иному суфийскому ордену. Так например, с ростом азербайджанской общины в городе появилась реальная перспектива появления шиитской мечети.

Однако далеко не каждый любопытствующий сможет познакомиться с жизнью и деятельностью городской мусульманской общины. Об исламских организациях стараются лишний раз не распространяться, об их существовании можно лишь случайно узнать со страниц местной мусульманской прессы. Так, например, выяснилось, что в городе уже неоднократно предпринимались попытки создания Исламского центра. В августе 1993 г. для возрождения исламской культуры был создан Фонд возрождения ислама и исламской культуры и АОЗТ Союз предпринимателей-мусульман «Дар-аль-ислам» («Дом ислама»). Последние обязались ежегодно отчислять до 10% полученной прибыли на деятельность фонда. В том же году власти Санкт-Петербурга выделили землю и дали разрешение на строительство в Санкт-Петербурге Восточной гимназии с изучением основ Ислама и восточных языков (турецкого, арабского, фарси). Летом 1994 г. под Санкт-Петербургом действовал детский исламский лагерь «Иман», где преподаватели из Египта и Саудовской Аравии учили юных мусульман читать намаз и объясняли основы ислама. Все расходы взяла на себя Всемирная организация исламской молодежи.

Следуя одному из пяти основных обязательств, каждый мусульманин должен хотя бы раз в жизни накануне Курбан-Байрама совершить хадж (святое паломничество) в Мекку (для участия в богослужении в главной мечети мусульман Каабе) и Медину, где находится гробница пророка Мухаммеда. За все годы советской власти хадж смогли совершить лишь единицы. В 1992 г. хадж семи российских мусульман оплатил король Саудовской Аравии. А в 1998 г. из Петербурга совершили великий хадж около 15 человек, в основном, местные видные религиозные и общественные деятели. Совершить хадж стоит порядка $1 400. За эту сумму туристические агентства берутся обеспечить будущего «хаджи» билетами на авиарейс из Москвы, двухнедельным проживанием в гостинице и питанием.

Петербургские мусульмане по-разному относятся к ваххабитам. Их взгляды варьируются от умеренного до резко отрицательного. Умеренные определяют ваххабитов как мусульман, скрупулезно следующих Корану и тщательно исполняющих исламские традиции, ставят в пример их старательность и неистовость веры. Они считают, что внешне определить, ваххабит человек или нет, нельзя. Противники называют ваххабитов правыми в исламе и считают, что их влияние несет с собой крайне вредные и разрушительные последствия для жизни и деятельности светского государства. Ваххабита они, как правило, могут распознать сразу, по характерной бороде у мужчин (как у небезызвестного Хаттаба, например). К умеренным можно отнести тех мусульман, которые издалека наблюдают и лично не сталкивались с ваххабитской пропагандой, к противникам — тех, кто столкнулся и почувствовал ее силу. Но и те, и другие утверждают, что ваххабитов в Петербурге нет.

Пчела #23 (ноябрь-декабрь 1999)