ОБЩЕСТВО ПРАВЕЕТ, НАЧАЛЬСТВО ЛЕВЕЕТ

Интервью с Сергеем Кириенко

Пчела: Ваше движение называется Союз Правых Сил. Что такое, в вашем понимании, правые силы?

С. К.: Есть устоявшаяся политическая геометрия, в которой правыми считаются либерально-консервативные политические партии. Я понимаю под этим принцип приоритета свободы человека. В каждом обществе есть две задачи, которые надо решать: задача создавать и задача делить. И то, и другое можно делать и хорошо, и плохо. Для развития общества сначала надо создать условия для роста. Для этого снимаются определенные ограничения, после чего появляются стимулы для созидания и… напрягаются отношения. Потому что тот, кто работает лучше, начинает получать намного больше того, кто работает хуже. Социальное неравенство увеличивается. Это грозит стабильности общества. То есть создание условий для развития - нарушает условия стабильности. На некоторое время надо остановиться и дать приоритет делению - справедливо все это делить, уровнивать. Это сразу срезает развитие, но зато создает стабильность. Какое-то время все хорошо, но потом, когда стабильность приводит к тому, что общество обгоняется конкурентами - другими странами, другими фирмами, другими людьми - снова наступает период дать необходимую свободу.

Отсюда мое понимание двух политических сил. Должны быть левые, левоцентристы - сторонники честного, справедливого деления, и должны быть правые - сторонники развития, создания равенства возможностей, снятия ограничений и барьеров. На этом, собственно, построен весь мир. Гельмут Коль по этому поводу блестяще сказал: "Либералы не умеют управлять деградацией экономики, для этого надо звать социал-демократов". А модель России точно такая же. Пока было чего делить, разговоры о либеральных ценностях оставались не востребованными.

Пчела: Насколько я понимаю, вашим потенциальным электоратом могут являться сотрудники успешных предприятий, за счет которых живут худшие. Однако, похоже, они не стремятся участвовать в политической борьбе. Что на ващ взгляд, мешает процессу трансформирования их деловой активности в политическую?

С. К.: Первая причина: руководителю даже лучшего предприятия гораздо проще, и, что самое противное, дешевле купить для себя неравные условия. Так дешевле, чем бороться за выравнивание ситуации в стране. Гораздо проще договариваться с чиновниками, уходить в офшорные зоны, придумывать схемы ухода от налогов, переходить на толлинг.

Второе: это неизбежная плата за то, что достаточно долго людей вообще ни о чем не спрашивали. Сначала при коммунистах. Принцип развития того общества был - "Завтра будет лучше, чем вчера". Вы живете плохо, зато ваши дети и внуки будут жить хорошо Это тоже была эксплуатация: жестокая эксплуатация оптимизма людей.

А после ?перелома на протесте? на самом деле произошло то же самое. Людям ведь опять толком ничего не объясняли. Насильно приведем вас к счастью, а потом вы нам поставите памятник - так не получится. Такой подход неизбежно приводит к полной потере не только доверия к власти, но и к отторжению от нее.

Результаты социологических исследований показывают: люди, которые не адаптировались к нынешним условиям, им плохо, и естественно, они считают, что во всем виновата власть, реформаторы, демократы. Но и те, кто адаптировался на рынке, считают, что всего добились сами, вопреки власти. И тоже ненавидят власть, реформаторов, демократов.

На мой взгляд, самостоятельность - это круг ответственности. Человек говорит: я отвечаю за себя, за свой внутренний мир. Потом круг ответственности расширяется - я отвечаю за свою семью. А третий круг - я отвечаю за свою страну.

Кстати, я обратил внимание, что когда был банковский скандал, у некоторых российских бизнесменов произошли изменения в сознании. До тех пор у них была логика такая: я зарабатываю, если что не получается, я повернулся и уехал. А сейчас на Западе довольно напряженное отношение к российским бизнесменам. Он приезжает туда и сталкивается с тем, что его там не уважают. Он понимает, что ничего не может с этим делать: если не будут уважать Россию, не будут уважать и его. Когда была дискуссия о снятии ЛДПР, я слышал комментарий нескольких российских бизнесменов, которые с удовольствием покупали услуги этой самой ЛДПР: "Не, это позор, надо снимать, нас же уважать не будут".. Это при том, что их очень устраивало то, что есть такой бизнес от политики - отстегнул и вопрос решен. Впервые такое понимание, что нас уважать не будут оттого, что у нас есть продажная фракция в Государственной думе. Это третий уровень, на который не так быстро выходишь.

Пчела: Вам не кажется, что ваша избирательная кампания построена так, что вы теряете своего традиционного избирателя и не приобретаете нового? Неофициальный день города - вещь интересная, но участие в этой акции людей с сомнительной репутацией отталкивает позитивного избирателя, который не хочет голосовать за анархистов или маргиналов.

С. К.: "Неофициальная Москва" не имеет прямого отношения к предвыборной кампании, хотя это способ предъявления части этой программы, а именно отношения к культуре. И я настаиваю на том, что это правильное предъявление и правильная программа. А заключается она в следующем: дело не в том, что Лужков выбирает неправильных любимых архитекторов, неправильных любимых художников, неправильных любимых скульпторов, а я приду на его место и буду выбирать других архитекторов, других скульпторов, других художников - правильных. Дело в том, что власть вообще не должна выбирать, не имеет права. Она должна создать условия для творческой реализации, а люди должны иметь возможность получить доступ, увидеть и решить самим. Такой был принцип организации "Неофициальной Москвы". Реальность: не все творческие возможности столицы - а столица - это не только концентрация денег вообще-то, это еще и концентрация творческого потенциала - могут получить возможность участвовать в официальных мероприятиях. Там происходит отбор: Этот нравится - пропускаем, не нравится - не пропускаем. Мы же объявляем "Неофициальную Москву", чтобы те, кто не реализовался там, могли реализоваться здесь. Я ни разу не смотрел программу, ни разу не взял в руки карандаш и не сказал: "Ну-ка, давайте посмотрим, нет ли тут кого-нибудь, кто мне или моей жене, или моим друзьям не нравится". Принципиально: создали условия, дали возможность - вперед. Если то, что ты делаешь, неинтересно, к тебе никто не придет. Было более 200 мероприятий. Я посмотрел, что-то мне совсем не понравилось. Ну и что.

Пчела: Я правильно понимаю, что для вас свобода и самореализация - почти синонимы?

С. К.: Не совсем так. Вот вы упомянули некого традиционного, консервативного избирателя. Я вам скажу: не существует никакого консервативного избирателя. Существует люди, для которых вопрос свободы и самореализации воспринимается по-разному. Для человека творческого он воспринимается через свободу творчества. Это из разряда: я не согласен с вашей точкой зрения, но я готов отдать жизнь за ваше право ее высказать. Почему я так с вами горячо и спорю. У меня у самого довольно-таки мерзопакостное отношение к этому Кулику на самом деле. Ну и что. Если он закон не нарушает, нехай рисует. И не нам с вами принимать решение - ему это запрещать. Нельзя. Иначе возникает соблазн распространить этот принцип отбора и запрета и на другие сферы, скажем, на экономику, и в более радикальной форме...

И вот ведь еще что. Предположим, в стране 50 тысяч человек, которые активно живут творчеством. И есть 30-40 человек, которые сегодня являются отцами культуры. И, возможно, через десятилетия, если скажут - Россия, XX век, конец 90-х годов - будут названы именно эти 30-40 фамилий, которые действительно внесли вклад в мировую культуру. Но в основании-то пирамиды - 5 миллионов, для которых те 30 - 40 состоявшихся создают стимул. Причем это не только в культуре. Билл Гейтс своим существованием создает стимул миллионам мальчишек, которые понимают, что можно ничего не имея, своими мозгами сделать себя. И Пелевин своим существованием создает для сотен мальчишек и девчонок понимание, что можно вот так стать классиком современной литературы, которым будут зачитываться взахлеб.

И чтобы не было разрыва, чтобы эти промежуточные 50 тысяч могли реализовываться, это вопрос не только их удовольствия. Это вопрос о необходимости связи между элитой и миллионами. Именно поэтому, мы сейчас такой проект и делаем. Он не имеет прямого отношения к выборам, но мы его делаем, чтобы возможность самореализации была у людей по всей стране. Условно мы его назвали "Поиском Золушки".

Пчела: И все-таки, есть ли у вас свой избиратель?

С. К.: На мой взгляд, крайне важно как человек отвечает на вопрос: "Кто несет ответственность за твою жизнь?" Для меня это всегда был ключевой вопрос. Три года назад "Я сам" отвечали 20%. Остальные ответы - государство, начальник, родители, кто угодно. Потом принимающих ответственность на себя стало40%, сейчас их 66-67%. Все. Перелом произошел.

Но, если нас уже так много, что же мы живем по законам общества иждивенцев? А потому что эти 67% людей еще не чувствуют ответственности за страну. Цель не в том, чтобы убедить их голосовать за нас, цель в том, чтобы они перешли в третий круг. Если они перейдут в третий круг, они сделают правильный выбор. Знаете, если 29% молодежи придет на выборы, выбор будет другой. Это не значит, что все эти 29% проголосуют за Союз Правых Сил. Совершенно необязательно. Хотя они уже точно за коммунистов не проголосуют. Главное, они сделают свой выбор.

Мы вот сейчас прогнали через соц. исследование свой референдум. Причем не Москву и не Питер мерили, ВЦИОМ сделал обзор по России. Выявленные приоритеты идут - свобода, собственность, безопасность. И если все эти люди с изменившимся сознанием, с приоритетом самостоятельности, с приоритетом свободы, собственности, безопасности, при этом не воспринимают правые партии как своих защитников - это наша проблема, не их. Да, многое надо начинать сначала. Но все эти разговоры о полевении общества - чухня это все. Левеет начальство. Общество правеет. И это некий объективный режим деления и созидания...

Пчела: Такое чувство, что вы нас в чем-то пытаетесь убедить, а мы абсолютно согласны...

С. К.: А может, я себя пытаюсь убедить. Ну, и вашего читателя. В том числе и того традиционного позитивного избирателя, и инженера из ДемРоссии, и тех студентов, и ту половину людей с высшим образованием, которые не ходят на выборы. И главное, всех тех, кто сидит во втором круге ответственности и никак не хочет сделать шаг в третий...

Пчела #22 (сентябрь-октябрь 1999)