Телевизор нон-стоп

КВН с линзой, наполненной глицерином (идеальный случай), дистиллированной водой (можно было купить в ближайшей аптеке) или просто водой кипяченой (у людей победнее). Экран размером со школьную синенькую тетрадку. У нас с 1956 года стоял. В линзе глицерин. Четверо соседей, нас четверо. Итого восемь зрителей. И вот однажды, десяти лет отроду, оставшись один, я, несмотря на строгий запрет не касаться заветных ручек управления, включил КВН. Показывали телеспектакль про неизвестного мне Сизифа. Он о чем-то рассуждал, вкатывая большой камень на высокую гору. Вершина близка, но камень срывается вниз, за ним к подножию горы тащится Сизиф. Позже я узнал в этом сюжете пьесу Ж.-П. Сартра, выдающегося писателя и теоретика экзистенциализма.

Сизиф, нагрешив, по нашим понятиям, неимоверно много, как ни был хитер, все-таки попал в Аид (по-нашему ад). Главная же его ошибка была в том, что он хотел обмануть олимпийских богов. Не мытьем так катаньем, они все-таки заставили этого проныру вечно вкатывать камень в гору.

Прошло лет тридцать. Со скуки или после затянувшегося рабочего дня стал включать Рекорд-В312, черно-белый телевизор, доставшийся мне по наследству после смерти родителей. Им он заменил отработавшую свой срок "Аврору" (стояла в почетном углу с 1967 по 1981 год). Лег на диван. Смотрю. Что-то латиноамериканское. Ну, думаю, это не для белых людей. А жена и дочь с увлечением смотрят про какую-то Изауру.

Середина 80-х годов. Смотрю новые отечественные фильмы. Трепещу от ужаса. Что ни фильм — одно желание — убежать в мультфильм про Чебурашку и крокодила Гену. Или в Простоквашино. Щелкаю тумблером настройки. Там кто-то сидит в костюме и чего-то говорит. Слушаю: действительно, все у нас скверно. Надо жизнь улучшать. К 1990 году в магазине одном на Петроградской осталась одна "Кукумария". "Куку, говорю, Мария!" Продавщица оценила мою шутку и улыбнулась.

Наконец, 1991 год. 21 августа возвращаются мои из одного уральского города. А я всю ночь слушал радио "Балтика" и смотрел телевизор. Да, думаю, мужественный человек Собчак. Герой.

Открывают они дверь. Я радостно: "Мы победили!" Жена спрашивает: "Кто это мы?" Я без запинки: "Прогрессивная общественность!!"

1993 год. Осень. Я в гостях у одной дамы. Большой у нее телевизор. "Радуга". Утром включает моя дама его. Смотрю: танки палят по Белому дому, где стойкий парламент во главе с удалым, хотя и хамоватым Хасбулатовым, засел и защищает демократию. Камера поехала в сторону: стоит публика на мосту и с интересом смотрит как метко стреляют наши танкисты. Говорю даме: "Выключи к чертовой матери!"

На экране появляются рекламы различных компаний, обещающих за приватизационные чеки (слово ваучер наш президент публично осудил: мол, у нас Россия, так по-русски и надо выражаться). Я отдал свой ваучер жене. Не знаю, какова его судьба. Думаю почему-то, что бесславна.

Однако, как говорил Генрих Гейне, из всякого свинства можно сделать кусочек ветчины. Благодаря ящику я полюбил дивного человека Микки Рурка. Видел фильмов 5—6 с его участием, в том числе "Сердце Ангела". Отметил, что дочь героя от негритянки удивительно красива. Показали "Набережную Туманов" с молодым Жаном Габеном и Мишель Морган. Был удивлен, посмотрев фильм Феллини "Казанова" (1982), что талантливый итальянец ни хрена не понял и предъявил зрителю какого-то обормота вместо симпатичнейшего парня, каким был в жизни великий авантюрист (кстати, предтеча образа не менее приятного Остапа Бендера). Сильви Кристель в первой "Эммануэли" показалась весьма приятной молодой женщиной, хотя и несколько вольного поведения. Но таковы уж буржуазные нравы. С тоски посмотрел массу полицейских американских сериалов. Каждый большой город снял фильм про свою полицию. Достигается двойная цель: объяснить налогоплательщикам, какие хорошие в огромном большинстве парни в форме и без нее, и научить население подчиняться требованиям полицейских.

Недавно НТВ крутануло "Криминальное чтиво" с полюбившимся мне Брюсом Виллисом. Это чисто философское кинополотно, не говоря о том, что типажей Голливуд всегда умел подбирать более чем удачно. Несмотря на приевшееся самолюбование американского народа, он, народ, в лице людей смелых и талантливых, твердо знает, что зло существует как в открытом виде, так и хорошо укрытое от простодушного взгляда, и с помощью подручных средств в виде дробовика, сабли, даже телефонной карточки вступает в поединок. Но американская традиция требует хеппи-энда. Оно, кстати, и правильно. Нам бы так...

Из всех ведущих всех информационных программ меня сильнее прочих раздражает хитроглазая московская дикторша. Уж такая она внутренне собранная и излучает не то чтобы оптимизм, а какую-то такую радость бытия, что становится как-то горько. Почему-то...

Я домосед и меланхолик. Об условиях современной реальности узнаю по радио да по тому же ящику.

Помните, что сказал Осип Эм. Мандельштам про "огромный скрипучий поворот руля", имея в виду сталинские затеи с коллективизацией и индустриализацией. Скрип руля, и такой же огромный и скрипучий, слышат все. Я тоже его слышу. Спасибо за это телевизору, хоть все его мелкие недостатки — а у кого их нет? — конечно, в наличии. Ну да ничего. Надо все-таки жить вперед, а не назад.

Пчела #10 (май-июнь 1997)