"Ротонда"
или "Пей пиво, сынок. У тебя нет будущего"

В географическом плане "Ротонда" — чугунная лестница старинного трехэтажного дома на углу Фонтанки и Гороховой. Лестница совершенно необычная для городской застройки: круглая, она более всего напоминает вместительную башню, которую венчает купол, обеспечивающий великолепную акустику. Антураж здесь на редкость нежилой, как бы после большого пожара; стены, понятно, исписаны сверху донизу.

По местной легенде, здание первоначально предназначалось то ли для масонской ложи, то ли для сатанистского храма (в доказательство приводится странный узор решеток, на которых просматриваются некие пентаграммы), потом там будто бы располагался публичный дом, а в ХХ веке жил пара-жириновский царской России - Григорий Распутин.

Тусовок в "Ротонде", строго говоря, две: сама "Ротонда" с "карманом" (узенькой лестницей сбоку) и двор дома, куда тусовка переезжает на летний сезон. За 30 лет существования "системы" питерские хиппи обжили "Ротонду" капитально. Как ни странно, в этом мрачноватом месте есть и жильцы. Как сказали сами тусовщики из "Ротонды", поначалу жильцы бунтовали, вызывали милицию, для которой рейд на тусовку — отличная возможность выполнить план — все без толку. Теперь жильцы только иногда просят говорить потише и не курить.

На пришедшего впервые сама "Ротонда" сразу произведет сильное впечатление; впечатление только усугубится живописным — в лучших традициях хиппи — видом тусовщиков ("хайратники", заношенные джинсы, по возможности, босиком). На лестнице единственное окно, лампочек нет, по углам полумрак, смутные тени, там кто-то спит. Как рассказывают долгожители "Ротонды", раньше было как-то более по-домашнему: в укромном месте над окном постоянно лежал шприц (из чего не следует делать вывод, что все завсегдатаи тусовки — наркоманы), по другим тайничкам были рассованы сигареты. Всякая тусовка помнит свой золотой век. И в "Ротонде" с сожалением вспоминают старые времена тусовки, когда каждый, принесший, скажем, бутылку пива, оставлял ее на подоконнике — допить другим. Теперь так не получается, хотя сигареты до сих пор все делят по-братски.

Разброс возрастов людей с "Ротонды" невелик, примерно от 13—14 лет до 3 курса институт; в плане социальном — те, кто постарше — студенты, помладше — школьники. Впрочем, возраст на "Ротонде" не играет никакой роли, все общаются одной кучкой.

День тусовщиков проходит в праздности и философских разговорах о добре и зле, например. Состав собеседников довольно-таки постоянен, несмотря на то, что в день может появиться до десятка новых людей — далеко не все здесь остаются. Все те, кто приезжают в Петербург "стопом" обязательно заходят на "Ротонду" — посмотреть, что нового. Тусующиеся буквально живут на своей тусовке, уходя лишь когда кончатся ресурсы — сигареты, пиво, конопля, в конце концов. Кстати, о конопле. Наркотизация хиппи передалась по наследству нынешнему поколению тусовщиков. Однако упор на это никто не делает, наркотики ("травка") — как баловство, хотя бы потому, что дорого.

В связи с традиционной бедностью тусовки, денежные проблемы решаются также традиционно — "асканьем" у прохожих. Принципы этого занятия довольно просты, надо лишь пойти в какое-либо людное место (обычно ходят в "Апрашку"), где, говорят, без усилий минут за 15 можно насобирать на бутылку пива. В последнее время у тусовки появились нешуточные проблемы — туда периодически стали захаживать скинхеды и бить всех — просто так.

Среди завсегдатаев "Ротонды" попадаются и сатанисты. Один из них любезно согласился дать интервью корреспонденту "Пчелы". Он попросил не называть ни его имени, ни "погоняла", поэтому будем называть его просто — Сатанист.

"Пчела": Ты называешь себя сатанистом. Что ты под этим подразумеваешь?

Сатанист: Скорее всего не то, что ты думаешь. Сатанизм — это отрицание добра. Добра попросту не существует. Есть большее и меньшее зло.

"Пчела": Сатанизм — одиозное слово. Все считают, что это обязательно связано с жертвоприношениями и кровью.

Сатанист: Глупости. Нельзя приносить в жертву ни животное, ни человека — если они сами этого не желают. А кровь... Кто-то ею рисует пентаграммы. Что необязательно.

"Пчела": А зачем они вообще — пентаграммы?

Сатанист: Это мощнейший символ.

"Пчела": Сатанизм — это религия?

Сатанист: Смотря что считать религией. Мы — не стадо, не входим ни в какие сборища. Знаешь, есть что-то вроде заповеди — Сатане нужны люди, которые пойдут за ним, нужны люди, которые поведут за ним весь мир, но самые нужные — те, кто в нужный час пойдут своей дорогой. Так вот, сатанист — это не просто человек, обвешанный пентаграммами и перевернутыми крестами. Основное отличие сатанизма от христианства, например, — он не мешает духовному развитию, не порабощает человека. Это философия, если хочешь. Магия.

"Пчела": Серьезно?

Сатанист: Абсолютно. Сам я умею очень мало, но могу, например, проклясть человека, сделать так, чтобы ему стало очень хреново — просто так. Есть люди, которые могут, скажем, материализовать бутылку пива, но про них никто ничего не знает. Они сидят тихо.

"Пчела": Можешь поподробнее рассказать?

Сатанист: Ну... В общем, магия основывается на концентрации. Все остальное — лишь помогает сконцентрироваться. Если кому-то для концентрации требуется человеческая жертва, это его сложности.

"Пчела": Занятия магией — самоцель?

Сатанист: Для меня это важно.

"Пчела": А существует ли сатанистская культура?

Сатанист: Да... Есть серьезная литература, например, "Сатанинская Библия" Мигачева. Очень мощная музыкальная культура, doom, trash — сатанинская музыка, такие команды, как "Burzum"... Из наших групп — "Коррозия Металла", скажем, "Great Sorrow".

"Пчела": Где сатанисты собираются?

Сатанист: "Стена" на Ладожской — рядом с железной дорогой, там все изрисовано пентаграммами, вот там собирались. В "Castle Rock" продают литературу по сатанизму — туда кто-то приходит. Есть еще шабаши. Я не хочу тебе рассказывать, что там происходит, грубо говоря, там опытом обмениваются, или все вместе на кого-то одного воздействуют.

"Пчела": А как ты относишься к христианам?

Сатанист: Мне на них наплевать. Некоторые, когда жарко, заходят в храм — святой воды попить... А я 1 апреля ходил исповедоваться.

Пчела #10 (май-июнь 1997)