М        В каких сферах, по вашему, наиболее часто подвергаются дискриминации люди? В каких сферах жизнедеятельности – труд, медицина, жилищно-коммунальная сфера?

Р          Я думаю, что во всех этих трёх сферах одинаково, но больше, наверное, в сфере труда. Потому что я как медработник сталкиваюсь с тем, что у нас очень многие вынуждены рассчитаться с работы только потому, что на работе узнают об их болезни, об их диагнозе и о том, что они могут находиться на больничном до трёх-четырёх месяцев, у нас очень многие люди теряют работу. У нас сейчас это очень большая проблема, в том плане, что мы оформляем выписку больничных листов, это очень непростой процесс, у нас все бланки должны проходить определённый учет, а у нас получается очень много испорченных бланков больничных листов, только потому, что заболевших людей задним числом увольняют с работы. Это очень плохо. У нас даже консультации были по этому поводу, как нам поступать в этом плане, именно медработникам, потому что согласно законодательству не имеют права увольнять человека, если он заболел во время работы. То есть там есть какой-то определённый период, что ему ещё обязаны выплачивать больничный лист даже после увольнения. Так вот у нас, у этих пациентов, им не выплачивают пособий по болезни не только после увольнения, но даже прекращают выплату больничного листа. Это очень глобальная проблема.

М        Давайте немножко остановимся на больных людях. Поговорим сначала о ВИЧ-инфицированных. Считаете ли вы, что медицинские работники в процессе осуществления помощи больному, с таким заболеванием, абсолютно защищены от заражения?

Р          Конечно. В общем-то, те средства защиты, которые у нас есть... Да, это есть эти средства защиты, но полностью не зная всё-таки до конца об этой болезни, а ведь мы ещё не знаем не самого вируса, ещё нет точных данных науки именно об этой болезни, и всё-таки механизм полный заражения, механизм протекания болезни, конечно, нельзя говорить сейчас о стопроцентной защите. Если бы узнали окончательно всё об этом заболевании – может быть, тогда можно было бы говорить.