М        То есть то, что вы их снимали с учёта социального сопровождения и вы их информировали об этом...

Р          Конечно.

М        А это было своего рода стимулом для того, чтобы пересмотреть своё отношение к социальной службе.

Р          Конечно. Они через время обращались к нам. И у нас таких семей по крайней мере с прошлого года... Вот у нас одна семья была снята, а в этом году плотно очень у нас пошёл контакт, и на консультации приходила мама и деток приводила. То есть такие вот тоже случаи у нас.

М        Сколько сейчас семей находится на социальном сопровождении и сколько было снято за этот год?

Р          Значит, в течение этого года у нас находилось на сопровождении 29 семей, 22 семьи снято за позитивным результатом, 2 семьи у нас снято за невиконання умов співпраці, 1 семья у нас сменила место жительства и 4 семьи сейчас находятся на сопровождении.

М        Сегодня реально у вас четыре семьи осталось?

Р          Четыре.

М        У вас такая очень эффективная работа, я смотрю, за этой год – столько семей снято с учёта. Неплохо.

Р          Стараемся.

М        По каким критериям вы оцениваете, что ситуация благополучная в семье, изменилась в такой степени к лучшему, что уже семья не требует социального сопровождения?

Р          Здесь мы исходим оттого, какую помощь требовалось. Что требовалось для семьи. Если это касалось только оформления какой-то помощи, то здесь...

М        Документов.

Р          Да. Документов. То есть мы даже вот когда по угоде, то ставим где-то месяц на то, чтоб у нас был контакт с семьёй. То есть сбор документов, составления ходатайств. И если только касалось помощи материальной или оформления на гуманитарную помощь, то здесь уже в течение месяца как-то всё оформляется. То есть если у нас нет каких-то проблем, не возникает, то, в принципе, семья снимается, естественно. Когда клиент к нам приходит, то мы говорим, что уже, допустим, оформлена пенсия по втраті годувальника или переоформление в связи смертью матери ребёнка. А там, где существуют проблемы психологического характера, то здесь обязательно мы планируем где-то два-три месяца чтобы семья у нас находилась на социальном сопровождении, и уже по результатам той работы, которую мы с ними проводим, – там уже смотрим больше с психологической точки зрения, где налаживается конфликт, разрешается. Или если это было направленно, допустим, на выработку уверенности или как преодолеть сложные житейские ситуации... То есть если уже видна эта выработка, то есть человек обрёл, скажем, какие-то жизненные ориентиры, уже более устойчивее себя чувствует... Я скажу, что у нас контакты с этими семьями остаются постоянно. То есть эти семьи потом к нам обращаются.